После долгого отсутствия, связанного с работой в составе специальной следственной группы, Юрий Брагин наконец вернулся в Петербург. Год, проведённый в командировке на громком расследовании, остался позади. Город встретил его привычной серостью и суетой, но дома его ждала новость. Вадим Мальцев, много лет возглавлявший Первый следственный отдел, собирался на пенсию. В коридорах управления шептались, что освободившееся кресло, скорее всего, предложат именно Брагину. Он заслужил репутацию блестящего профессионала.
Однако сам Юрий не испытывал особого энтузиазма. Карьерный рост, кабинетная должность — всё это казалось ему скучным и далёким от настоящего дела. Его стихия — расследования, работа с деталями, живой контакт с делом. Бумажная рутина и административные обязанности начальника его не прельщали. Он был следователем до мозга костей, и его талант раскрывался именно в поле, а не за рабочим столом.
Поэтому, когда вскоре после возвращения поступило новое задание, Брагин воспринял его почти с облегчением. Его снова отправили в командировку, на этот раз в один из тихих городков Ленинградской области. Там произошла череда тревожных событий: с разницей всего в семь дней были жестоко убиты две молодые женщины. Местные органы, столкнувшись с таким серьёзным преступлением, запросили помощь из города.
Прибыв на место, Юрий быстро понял всю сложность предстоящей работы. Городок был небольшим, уютным и тесным. Здесь практически все жители знали друг друга в лицо, были связаны родственными или соседскими узами, общими историями. Такая закрытость среды, с одной стороны, обычно помогала поддерживать порядок, но с другой — создавала огромные проблемы для следствия. Люди неохотно говорили о своих, боялись сплетен и последствий. Каждое слово, каждый намёк нужно было проверять, отделяя факты от домыслов. Преступник, возможно, был здесь своим, и это заставляло людей замыкаться.
Брагину предстояло не просто найти убийцу, а сделать это в условиях, где каждый шаг был на виду, а тишина и недоговорённость говорили порой громче любых улик. Ему нужно было вникнуть в жизнь этого места, понять его скрытые связи и противоречия, оставаясь при этом внешним, непредвзятым специалистом. Работа обещала быть тонкой, кропотливой и требовала всего его опыта. И именно такая задача, сложная и неоднозначная, по-настоящему заряжала его.
