За столетие до появления Дейенерис Таргариен, в эпоху, когда Железный Трон казался незыблемым, по дорогам Вестероса путешествовал необычный дуэт. Рыцарь по имени Дункан, прозванный за свой рост Высоким, был человеком простодушным, но с непоколебимым чувством чести. Его верным спутником стал юный оруженосец Эгг, мальчишка с умными глазами, скрывавший важную тайну о своем прошлом.
Их встреча казалась случайной, но изменила судьбы обоих. Дункан, чья наивность порой граничила с простотой, видел в мире лишь ясные принципы добра и зла. Эгг, напротив, обладал проницательностью, не свойственной его годам и скромному положению. Взяв мальчика под свою опеку, сир Дункан даже не подозревал, кем на самом деле является его новый оруженосец.
Их путь пролегал через разнообразные земли Семи Королевств. Они видели и богатые замки, и бедные деревушки, сталкивались с милостью знати и произволом мелких лордов. В каждом новом месте пару ждали испытания. То им приходилось разрешать спор между местными жителями, то невольно ввязываться в конфликт, избегая кровопролития. Дункан, полагаясь на силу своего меча и прямодушие, часто попадал в затруднительные ситуации. Именно хитроумие и неожиданная мудрость Эгга не раз выручали их из беды.
Эти приключения были больше, чем просто череда событий. Сквозь них проступала истинная картина королевства. Путешественники наблюдали последствия долгого правления Таргариенов, тонкие трещины в единстве государства, надежды и страхи простого народа. Каждая история, рассказанная у придорожного костра, каждая несправедливость, с которой они сталкивались, по крупицам формировала мировоззрение юного Эгга.
Их связь крепла с каждой преодоленной трудностью. Дункан учил мальчика обращению с оружием и рыцарскому кодексу. Эгг, в свою очередь, мягко наставлял своего покровителя в вопросах житейской смекалки и политических тонкостей, которые рыцарь часто упускал из виду. Эта дружба между простым воином и его необычным оруженосцем стала сердцем их странствий, показывая, что самые прочные союзы рождаются не в залах великих замков, а на пыльных дорогах, ведущих в неизвестность.
